Google+

ГЛАВА 3

Эбигейл
Я проснулась тихим, солнечным весенним днём. Первая мысль была: «Сейчас мама на кухне готовит вкуснейший завтрак на свете». Но, открыв глаза, я всё вспомнила и поняла, что маминого завтрака не стоило ожидать. Так же, как нежного поцелуя и доброго приветствия.  Мне не хотелось грустить с самого утра, и я улыбнулась тому, что сейчас в безопасности и обо мне есть кому позаботиться. Я потянулась за своим телефоном, который лежал на прикроватной тумбе. Оказалось, что я проснулась за десять минут до будильника и за полчаса до завтрака. Потом я взглянула на знак зарядки, который показывал пятнадцать процентов – телефон скоро разрядится, зарядку я, конечно, не захватила. Я положила телефон рядом с собой и погрузилась в странные мысли, глядя в потолок. Всё перемешалось в моей голове: мысли о родителях, о том, что было бы, не случись эта война. Тогда я подумала, что не встретила бы Лили, Марка. Я часто руководствуюсь цитатой: «Что не случается, всё к лучшему». Но для кого лучше, что мои родители мертвы? Не для меня и не для них.
Из мрачных мыслей меня вывел сигнал будильника. Я посмотрела на кровать, где мило спала малышка Лили. Мне так не хотелось прерывать её сон. Однако Марк просил разбудить её к завтраку. Я тихо подошла к изголовью кровати, присела на корточки, а потом нежно и аккуратно провела пальцами по волосам девочки, поправила её каштановую чёлку:
- Пора просыпаться, - прошептала я.
Спустя секунду Лили распахнула свои большие детские глаза.
- Доброе утро, Эбби, - сонно пробормотала она.
- Доброе утро, Лили, - прошептала я, убеждая саму себя в его доброте.
Я пошла в ванную и поняла, что у меня нет многих нужных вещей. Прошлым вечером Марк дал нам мыло и зубную пасту, но этого было мало. У меня не было даже зубной щётки. Внезапно я почувствовала себя бедной и несчастной, когда поняла, что у меня нет и денег, чтобы купить всё, что мне нужно. Я чуть не расплакалась и всё из-за какой-то зубной щётки. Пока я ещё могла держать себя в руках: смотря на своё отражение в зеркале, я попыталась успокоиться. Выход был всегда, я выдавила немного зубной пасты себе в рот, а потом набрала воды. Получился такой себе ополаскиватель-очиститель.  Я расчесала волосы – хорошо, хоть расчёска была в моей сумочке. Посмотрев на себя в зеркало, я подумала: «Ты же Эбигейл Милз, ты можешь справиться со всем этим!»
Я надела свои высохшие серые штаны, которые обтягивали мои худые ноги. Синюю футболку Марка я заправила. Выглядело немного нелепо, но другой одежды у меня не было.
Когда и я и Лили были готовы, мы зашагали в сторону столовой. Оттуда доносился запах жареного бекона и яичницы, так же слышался гул голосов. Войдя в открытую дверь, мы увидели, что вся столовая заполнена парнями в военной форме. Я почувствовала себя неловко. Но тут я увидела Марка, как он встаёт из-за стола и спешит к нам. Лили поцеловала брата в щёку, и сказала:
- Доброе утро!
- У кого утро, а у кого уже пробежка была, - его улыбка была ослепительна.
Ох, уж эта его очаровательная ирония. Это вывело меня из печали окончательно. Марк помог определиться с завтраком и милая, полная женщина-повариха пожелала мне приятного аппетита.
Марк повёл нас с Лили к своему столику. Там сидели шестеро парней. Лили это похоже не волновало, а вот меня - да:
- Марк, куда ты ведёшь нас?
- За столик, куда ещё? – непонимающе ответил он.
- Но он уже занят. Нет, случайно, какого-то свободного стола, где я бы могла посидеть одна? – умоляюще взглянула я.
Мы осмотрели столовую – свободных столов не было, а многие парни ещё глазели на нас.
- Я не думаю, что ты будешь есть стоя, - улыбался Марк. – Пойдём, я познакомлю тебя с друзьями. Парни классные, - уговаривал он меня.
Я сдалась. Лили радостно заторопилась к столику, парни так же радостно приветствовали девочку, обнимали её. Я была уверена, что Лили знала всех друзей своего брата, так же, как и они её. Это было видно по их весёлым лицам. Скорее всего, Лили часто навещала брата.
- Я чувствую себя ужасно неловко, - тихо пробормотала я, когда мы подходили к столику.
- Не волнуйся! - попытался успокоить меня Марк.
Он поставил поднос и жестом предложил мне сесть. Я оказалась рядом с приятным на вид молодым человеком, его короткие волосы были угольно-чёрными, и он весело глядел на меня. Лили села с другой стороны стола между двумя парнями: один был чернокожий, с доброй улыбкой, а другой светловолосый и серьезный.
- Знакомьтесь, это – Эбби, - представил меня Марк, который сел напротив.
- Привет, Эбби! – отозвался брюнет рядом со мной. -  Я – Джордан, но для тебя, малышка, я могу быть кем угодно, - неудачно пошутил парень.
Кто-то засмеялся, Марк резко одёрнул его: «Джордан». Я решила издать тихий смешок, чтобы не накалять обстановку между друзьями.
- Итак, начнём! – заявил Джордан. – Знакомься, это – Пчела, - он указал на рядом сидящего с ним парня.
- Рей, - смуглый парень с тёмно-русыми, очень короткими волосами протянул мне руку.
- Но почему Пчела? – удивилась я, пожимая руку.
- Когда-нибудь, ты узнаешь эту занимательную историю о том, как нашего Рея покусали пчёлы, - засмеялся Джордан и другие парни его поддержали.
- Эта история не к столу! – сказал парень, сидящий напротив Джордана.
- Так, дальше у нас Громила, - указал он на самого крайнего парня с нашей стороны.
- Громила! – я и сама засмеялась.
Это прозвище было очень удачным: парень был крупный, широкоплечий, мускулистый, его мышцы можно было заметить даже под курткой. Если бы встретила этого бритоголового парня на улице, то испугалась бы. Но сейчас он улыбался и в уголках его глаз виднелись маленькие морщинки.
- Стивен, - Громила назвал своё настоящее имя, слегка кивая и задорно приподнимая бровь.
- Тут всё очень просто, - подметил весельчак Джордан, указывая на негра. – Чёрный.
- И ты не обижаешься на них? – я никогда не была расисткой.
- Они мои братья, хоть я более загорелый, - пошутил Чёрный. – Я – Бен.
Я кивнула. Лили не представляли, она уже всех знала и смеялась каждой шутке. Наступила очередь самого серьезного парня.
- Это - Умник. Наш маленький гений, - объяснил Джордан. – Он серьезный, но не зазанаётся.
Умник привстал и протянул мне свою крепкую руку:
- На самом деле, я Александр, для друзей - Алекс. Для братьев – Умник. Просто я единственный здесь пытаюсь что-либо учить, - объяснил мне Алекс.
- Приятно познакомиться, Алекс, - я постаралась быть вежливой.
- Так, это – Француз.
- Француз? Почему? – удивилась я.
- Je suis Jacques de Pierrefonds, ma chère, - ответил тёмноволосый парень на изысканном французском языке.
- Так ты настоящий француз! – воскликнула я.
Никогда прежде не видела французов, говорили, они красивые. И не обманули. Этот парень был очень симпатичный.
- Je suis Abigail, - попыталась ответить я на «ломаном» французском.
- Ты великолепна, мон-ами, - продолжал шутить Джордан. Он, наверное, сам не понимал, что сказал. – Ну, а с Марком ты уже знакома.
- Джордан - наш Весельчак, - объяснил Бен.
- Ага, веселю их уже как шестой год и столько же терплю этих соседей в комнате. К твоему вниманию, Эбби, основная часть шестой роты.
Парни, действительно, оказались очень милыми и приветливыми.
После завтрака у Марка было свободное время, около двадцати минут, и он провёл их со мной. Устроил маленькую экскурсию по военному училищу, рассказал, что где находится. После своего рассказа Марк решил расспросить меня о жизни. Но отвечать я не желала. Это была больная тема, говорить на которую я совершенно не могла. Рассказывать об учёбе, университете, друзьях… Как можно? Этого всего у меня больше нет. Я чуть было не расплакалась. Однако быстро взяла себя в руки и изменила тему разговора:
- А какое твоё прозвище? – мне было интересно узнать о Марке больше.
- О чём ты? – не понял он.
- Когда Джордан представлял мне ваших друзей, он называл их прозвища, клички, но твоей я не знаю.
- Ах, вот ты о чём. Ястреб.
- Ястреб?  Объяснишь почему?
- Ловкость и скорость – неотъемлемые мои качества. Так же, как нацеленность на результат. Я всегда довожу дела до конца, всегда стараюсь достигать цели.
- Это достойно! И вправду, не каждый человек способен жить так. Многим не хватает сил, поэтому они бросают все на полпути.
- А ты? Какой человек ты? – Марк вновь вернулся к теме обо мне.
- Я всегда была целеустремлённой. Всегда старалась быть такой, - кротко ответила я.
Я была не готова обсуждать с кем-либо происшедшее, откровенничать о себе. Даже с таким хорошим человеком, как Марк.
Видимо, он заметил некую озабоченность на моём лице и сказал:
- Эбби, если ты захочешь поговорить, поделиться тем, что тебя тревожит, я выслушаю. Так же, как если тебе что-либо нужно, ты всегда можешь обраться ко мне. Знаю, вчера мы договорились, что никто никому ничего не должен. Это не чувство долга, нет, это – чувство благодарности. Скажи, если тебе надо что-то купить или нужны деньги. Если я могу помочь, почему нет?
Я твёрдо решила, что обсуждать гибель родителей ни с кем не стану. Но появились и другие проблемы. Такие, например, как отсутствие денег, на которые можно было купить нужные вещи. Мне было так стыдно просить Марка, ведь он и так слишком много для меня сделал. Он не был обязан.
- Спасибо, но я не могу просить у тебя деньги.
-Эбби, деньги вообще не проблема. Не надо стесняться!
- Ладно…, мне и правда не мешало бы прикупить кое-какие вещи,- призналась я.
-  Вот, - он достал кошелёк из кармана и протянул мне. – Можешь сходить в магазин сегодня и возьми с собой Лили. Тратьте и не задумывайтесь! – улыбнулся он.
- Когда-нибудь я верну тебе всё, - пообещала я, беря кошелёк.
Пока Марк проводил время учась наукам и военному делу, я и Лили тратили его деньги в ближайшем маркете. Купив все нужные мне вещи я, наконец, почувствовала себя человеком.
Казалось, будто я больше ни в чём не нуждаюсь, но это была жестокая неправда. Я потеряла слишком много, чтобы чувствовать себя подобным образом. Я потеряла всё и всех.
С детства меня учили, что семья – это главное в жизни каждого человека.  В моём случае так и было: у меня были отличные отношения с родителями. Даже семейные бытовые ссоры были огромной редкостью в нашей дружной семье.  Жизнь разделена на чёрные и белые полосы, что, правда? У меня, чёрная полоса врезалась в белую. Когда сливается чёрное и белое, получается серое, а у меня чёрное целиком заполнило жизнь, до краёв. Никогда в жизни я не была пессимисткой. Но и оптимисткой тоже… Я ценила реальность и жила в ней.
Каждый раз, задумываясь о себе, я становилась эгоисткой по отношению к Лили. Эта девочка всегда выводила меня из оцепенения. Она ведь, как и я, потеряла мать и дом. Казалось, это мне следовало помогать Лили, отвлекать её от грустных мыслей и успокаивать её слёзы. Глупо, но всё выходило в точности до наоборот. Не то, чтобы Лили совсем не страдала. Я слышала, как она плакала ночью. Неужели восьмилетняя малышка могла пережить страдание легче, чем я?  Видимо, мне многому стоит поучиться у неё.
Мы проходили мимо яркого фургончика с мороженым, прервав рассказ Лили о школьной подруге, я предложила:
- Не хочешь перекусить? – я указала на мороженое.
Сладости всегда поднимают настроение.
- С удовольствием! – улыбнулась мне Лили.
Я купила два шоколадных рожка с карамельной глазурью. Еще немного побродив по улочкам города, мы решили, что пора возвращаться. По дороге к училищу Лили снова стала рассказывать мне о Марке. Девочка восхищалась своим старшим братом, она считала его самым настоящим героем! Было умилительно слушать её воспоминания из детства. Я знаю Марка два дня, даже меньше, но и за это время он показался мне приятным, искренним и добрым человеком. Так же, как сильным и смелым. Идеальный молодой человек. Но не для меня. Не сейчас.
- Я бы хотела немного отдохнуть, покупки такие утомительные, -  сказала Лили голосом взрослой женщины, когда мы ступили на порог училища.
Я не стала возражать, вручила Лили все наши пакеты с одеждой и другими вещичками. Проследив, что она удачно поднялась на второй этаж, я зашагала в противоположную сторону. Сегодня Марк рассказывал мне, где и что находится, какой класс, где что преподают. У меня была одна цель. Я искала информационный класс. Добравшись до конца коридора, я спустилась вниз по лестнице. Там было тусклое освещение, видно всего четыре кабинета. Все они были заставлены компьютерами. Я вошла в первый же открытый класс. Нашла выключатель, и загорелся свет. После подошла к ближайшему компьютеру и нажала кнопку запуска.
- Вам помочь? – я дернулась, услышав мужской голос позади себя.
Я даже не подумала спросить разрешения, поискать преподавателей, сразу же уселась за компьютер. Просто мои мысли были заняты иным.
- Простите, я думала, здесь никого нет в это время, - извинилась я.
- Я уже собирался закрывать класс, - ответил мужчина средних лет в очках. – Вы ведь не работаете здесь? Я не видел вас прежде.
- Да, я здесь со вчерашнего дня, - объяснила я.
- Вы – одна из пострадавших, - уточнил мужчина в очках.
- Простите, что вторглась без спросу. Наверное, мне следует уйти, - я чувствовала себя очень неловко.
Я встала из-за стола и собралась покинуть компьютерный зал, но мужчина остановил меня и произнёс:
- Нет, нет. Вы можете остаться и посмотреть то, что хотели. Я не тороплюсь, - он смотрел на меня с состраданием.
Мне это не нравилось, я не хотела выглядеть жалкой, но, видимо, так оно и было. Как-никак, мужчина по-доброму отнёсся ко мне.
- Спасибо, - пробормотала я, усаживаясь за стол.
Преподаватель покинул класс, компьютер загрузился, и я вошла в интернет. Мои руки слегка дрожали, когда я забивала в поисковике слова: «Нападение на Вистертаун». Высветилось около ста страниц, и я открыла самую первую: «Новости страны, нападение на Вистертаун 16.05». Моё внимание привлекли ужасные фотографии – разрушенные дома, здания, организации, поломанные деревья, пустынные улицы. Что стало с ярким, солнечным городком? Что стало с моим родным домом?  Кто-то даже умудрился заснять и выставить нападение. Я не захотела смотреть, мне хватило того, что я была свидетелем действий. Не хочу переживать всё во второй раз. Я листала страницу новостей вниз до надписи: «Погибло 50 человек». Рядом находилась активная ссылка: «Список имён погибших». Трясущейся рукой я, сжимая мышку, нажала на ссылку. «Пятьдесят человек…1…2…3… 14.  Милз Роджер. 15. Милз Касандра».

Слёзы наполнили глаза, я разрыдалась на месте, упав головой на клавиатуру. Больно, стало очень больно.  Из груди вырвался жуткий крик, крик отчаяния, боли, страха.  Я не могла больше сдерживать себя. Раньше я не верила до конца, что все это произошло на самом деле. Я была не здесь, не в реальности. За её пределами. Но увидев имена родителей в списке погибших, я осознала всё. Осознала жестокую правду – они мертвы, моя жизнь никогда не станет прежней. Моя жизнь не имеет смысла без них.

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Постоянные читатели