Google+

ГЛАВА 4

Марк
Я искал Эбигейл целый вечер, но так и не смог найти. Я боялся, что что-нибудь произошло, она обиделась или ушла. Но Лили заверила меня, что всё было хорошо, когда они ходили по магазинам. Я не на шутку переживал.  Однако завершить поиски не успел, меня вызвал к себе полковник Харрисон. Я постучался в дверь, отворил её. Переступив порог, я отдал честь.
- Вольно, солдат, - пробормотал Харрисон, отрывая взгляд от каких-то карт.
Я опустил руки и слегка расслабился.
- Вы звали меня, сэр?
- Марк, присядь, я хотел поговорить с тобой, - полковник был любезен, как никогда.
Я послушно сел напротив.
- Марк, как ты чувствуешь себя? Как чувствует себя Лили? – с нежностью в голосе спросил Джош Харрисон.
Я сразу понял, в чём дело. Полковник - близкий друг моей семьи. Семьи, от которой остались лишь мы с сестрой. Может показаться, будто я совсем не скорблю по матери. Я любил её очень и люблю. И она, и отец навсегда в моём сердце, они родили меня, вырастили, сделали человеком. Но я не хотел плакать, на то была причина: я сдерживаю слёзы ради сестры, я стараюсь быть сильным ради неё. Не поддаться грусти, смятению, слабости. Я держу себя в руках, тем самым не даю Лили отчаяться.
- Мы переживём это. Постараемся пережить.
- Я наблюдал за тобой сегодня. Ты переусердствовал на тренировках. Пытался выместить злость.
Это правда. Я приложил силу, мне надо было выпустить пар. Такое уже случалось. Три года назад, когда я был на втором курсе, тогда погиб отец. Я был зол. На отца, за то, что он бросил нас. На себя, на весь мир. В частности, как и сейчас. Тогда я разбил стену кулаком, повредив запястье, а ребята, пытавшиеся меня успокоить, так же не ушли без синяков. Полковник боялся повторения. Напрасно, я сдержусь ради сестры и ради Эбигейл. Нельзя пугать их.
- Это была минутная слабость, сэр, - будто извиняясь, проговорил я.
- Я понимаю твоё состояние. Ты ведь знаешь, что я беспокоюсь за тебя? Если тебе нужна помощь, тебе или Лили, я её вам предоставлю. Вы не чужие для меня, - Харрисон встал из-за стола и шагнул в сторону книжного шкафа.
Там на полке стояла фотография в рамке. Полковник внимательно рассмотрел снимок, а потом поставил рамку на угол своего стола. Я успел разглядеть снимок: на нём мои родители, полковник и его жена. Лишь один на этом снимке остался в живых. Жена полковника Харрисона умерла несколько лет назад от рака. Он скорбел по всем своим близким.
Мне следовало поблагодарить его за всё, что он делает для меня, но я не успел, полковник задал вопрос:
- Та девушка, которая была с твоей сестрой, кто она? Ты очень волнуешься за неё.
- Её зовут Эбигейл. Эта девушка спасла мою сестру из-под завала.
- Она поступила очень храбро, теперь я понимаю, почему ты так печёшься о ней. Когда она планирует уехать?
Этот вопрос застал меня врасплох. Мне в голову и не приходило, что Эбби должна уехать, покинуть меня и Лили. Что за глупый вопрос! Она не должна уезжать, не уедет. Я не могу позволить этому случиться! Мысли разбежались в разные стороны, и мне пришлось заново собрать их в кучу, чтобы сформулировать ответ. Пока я подбирал подходящие слова, Харрисон, видимо, заметив моя замешательство, сказал:
- Марк, ты ведь знаешь, что есть определенное правило, позволяющее оставаться на территории академии лишь тем людям, кто является непосредственным родственником учащимся или работающим здесь. Эбигейл не может надолго задержаться. Тебе придётся сообщить ей об этом.
- Да, сэр.
Я, как полный дурак, смог лишь согласиться. Уходя от полковника, я представил разочарованное лицо Эбби, когда я говорю ей, что она должна покинуть территорию военной академии.
Время поджимало, оставалось совсем ничего до отбоя, поэтому я не успел заглянуть к Эбби и Лили и пожелать им доброй ночи.  Когда я вошёл в комнату, все мои друзья были уже в сборе. Кто-то лежал на своей кровати, кто-то сидел на стуле, Джордан, как обычно, стоял в центре комнаты, громко что-то рассказывая. Он замолчал, когда я зашёл. Все обратили на меня свои пристальные взоры:
- Эй, приятель, где ты был? – спросил Умник.
- А я думал, ты провёл вечер с милашкой Эбби, - кинул колкий намёк Джордан.
Мне захотелось ударить Джордона за его язвительные слова. Я понимал, что он шутил, но он перегибал палку. Я сжал кулаки и сдержал в себе желание поругаться с другом. Подойдя к своей кровати, я резко сел на неё и опустил голову на руки. Так хотелось подумать в тишине, подобрать слова, которые завтра я скажу Эбби. Однако ребята стали донимать меня расспросами:
- Марк, что происходит? – спросил Громила.
- Брат, ты ведь можешь нам рассказать! Мы поможем, если что-то стряслось, - отозвался Бен.
- Что тебе сказал полковник? – Пчела поднялся с кровати и внимательно посмотрел на меня.
- Или это из-за Эбби? – уточнил Джордан.
Я ценил их заботу обо мне, как о друге и брате. Они заслуживали объяснения:
- Харрисон сказал, что Эбби не может долго оставаться в училище. Ей следует уехать, - на последнем слове мой голос дрогнул.
Я упал на кровать и молча глядел в потолок. Спасибо парням, они ничего не ответили. Теперь они поняли, мне нужно подумать.
Говорят, утро вечера мудренее, но утром я проснулся в ужасном настроении. Думал всю ночь, однако так и не смог придумать, как убедить Харрисона, что Эбби должна остаться. Как всегда, перед завтраком мы с ротой вышли на пробежку. Утро выдалось не из лучших: моросил дождь, дул холодный ветер. Настроение под стать погоде. Осталось только разочаровать девушку моей мечты и можно с уверенностью считать этот четверг худшим в моей жизни.
В столовой, как всегда, было шумно: парни из разных рот и курсов непринуждённо разговаривали друг с другом. Один я что ли озабочен проблемами? Даже мои друзья оставались теми же шутниками и весельчаками. Я имел в виду не только вопрос об Эбби, но саму войну. Разве никто не задумывался, сколько людей погибает? Из-за чего? Ради чего? Война не коснулась нашего города, не коснулась нас. Однако рано или поздно она постучит в наши двери…
Эбби и Лили уже сидели за нашим столом. Моя сестра радостно обняла меня, поздоровалась с ребятами. Глаза Эбби были опухшими от слёз и, хотя она выдавила улыбку, приветствуя нас, глаза её и душа были наполнены печалью до краёв.
За завтраком Джордан, как всегда, рассказывал очередную чудную историю, развлекая всех. Кто-то посмеивался, кто-то шутил, Умник изрёк остроумное, саркастическое высказывание. А я молчал, наблюдая за Эбби. Она сидела напротив, как в прошлый раз. Я заметил, что у неё не было аппетита, она даже не притронулась к еде. Почувствовав, что на неё смотрят, Эбби подняла на меня взгляд.  Несколько секунд мы молча и неотрывно смотрели друг другу в глаза. Я должен ей сказать, вот эта возможность. Слова вертелись в голове, но не сходили с губ. Я смотрел в эти грустные глаза, тонул в их океане. Я просто не мог сказать ей, иначе печаль польётся через край.
Эбби не была глупой, она явно осознавала, что я хочу поговорить. Её вопросительный взгляд заставил меня нарушить молчание:
- Где ты была вчера вечером? – поинтересовался я.
- Зашла в компьютерный класс, хотела узнать новости, - Эбби пыталась говорить непринуждённо, но я смог уловить нотку горечи.
- Что говорят? О военных действиях? Я слышал, что нападений на города больше не было.
- Это правда. Но я думаю, это затишье перед бурей, -  серьёзно сказала Эбигейл.
Я не мог отрицать, такая же мысль приходила и мне в голову. Просто я гнал её прочь. Я не затронул нужной темы ни за завтраком, ни после.
Мне предстояло высидеть три пары и сходить на тренировку. Высидеть, потому что мысль, как поговорить с Эбби, не давали мне покоя. Я надеялся, что полковник Харрисон не найдёт меня ни на одной из пар и перерывов. Но моя надежда не оправдалась. Когда я шёл по коридору, торопясь на тренировку, Харрисон окликнул меня. Поборов желание сделать вид, что я не расслышал, я подошёл к полковнику.
- Здравия желаю! – сказал я.
Полковник кивнул и ответил:
- Ты знаешь, зачем я позвал тебя. Видел, как вы вместе с той девушкой выходили из столовой. Она сказала, когда уедет?
- Она не знает. Я не сказал ей, - что ещё я мог ответить…
- Что это значит? Марк, ты ставишь меня в затруднительное положение. Почему ты не выполнил мою просьбу?
Потому что не смог…
- Я не могу сказать ей того, что вы просили.

- Не можешь ты, смогу я. Вечером жду тебя у себя в кабинете и приведи с собой Эбигейл. Я не играю в игры и привязанности. Сейчас слишком сложное положение, чтобы закрывать глаза на правила. 

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Постоянные читатели